16:44 

Кампай, Сито

subarashii [DELETED user]
Автор: Кьен.
Название: Кампай, Сито.
Бета: сам себе бета.
Дисклеймер: Прав на персонажей Зомби Лоана не имею. (к сожалению Т_Т)
Жанр: сенен-ай, юмор
Рейтинг: PG -13
Персонажи: Чика, Сито, немного Мичиру, Ёми и прочих.
Пейринг: Сито/Чика
От автора: Я вообще тут не причем.


- Кампаааай!
Честно говоря, я уже начинаю сомневаться, что эта идея была действительно так хороша. Вне сомнения, Сито никогда не сравнится со мной, но, пожалуй, стоит признать, что пить он умеет. Впрочем, может дело в том, что у него менее восприимчивый организм? А черт с ним, уже неважно. Как бы там ни было, я не имею право ему проиграть, раз уж я это затеял.
- Давай, Чика! До дна!
Восторженный голос Юты прожег наплывающий в голову туман, снова расставляя все на свои места, словно нарочно подстегивая.
Нет уж, Сито, тебе меня не победить.
- Сдавайся, Акацки, все равно ты слабак.
- Сдохни, Сито!
Идиотское предложение для того, кто и так мертв. Я попытался выразить весь переполняющий меня гнев, искренне надеясь просверлить темноволосого взглядом, но, признаться, получилось плоховато. Но я же не виноват, что глаза отказываются фокусироваться!
Саке неприятно обожгло рот, отдавшись в нос приторным запахом, от которого тут же к горлу подступил тошнотворный комок. Какая это уже рюмка? Десятая? Пятнадцатая? Одно мне известно наверняка – я в хламину. И с каждой порцией пойла, что мне приходится в себя заливать, я все ближе к перспективе всю ночь обниматься с унитазом вместо того, чтобы спокойно спать. Черт побери этого придурка! Сидит, как ни в чем не бывало, будто и не заметил всего выпитого алкоголя. Ну почему? Почему так всегда?
- Чика, твоя очередь!
На этот раз Ёми. Весело, наверное, наблюдать за бессмысленным соревнованием, в котором победитель так отвратительно очевиден.
- Слышишь, Сито, черт тебя дери, я не…
Рвотный позыв не дает даже завершить гневный клич, заставляя все внутри содрогнуться и вырваться наружу глухим кашлем. Черт, черт, черт. Этот гад в упор смотрит на меня, весь так и сияет, почти что улыбается! Организм, почему ты не можешь меня поддержать хоть немного, предатель?
- Чика-кун, может ты просто сдашься и пойдешь приляжешь?
Обеспокоенный девичий голос раздается над самым ухом, едва теплые ладошки сжимают мое плечо почти неощутимо, заставляя чувствовать прикосновение через пелену, словно через ватное одеяло.
- Отвали, Шестерка, ты должна меня поддерживать! Где твой.. наш.. командный дух!
Почему-то слова упорно не хотят вязаться друг с другом, превращая вылетающие изо рта звуки в нечленораздельную кашу, но, кажется, очкастая все-таки понимает то, что я попытался до нее донести, так как ладони с моей кожи исчезают, да и сама ее фигурка отодвигается подальше.
Ну, была ни была.
Маленькая посудинка кажется удивительно скользкой, когда мне требуется неимоверное усилие, чтобы не выронить ее из пальцев. Или это у меня от волнения вспотели руки? Черта с два, я же мертвый. Жгучий алкоголь застревает во рту, я упорно сглатываю раз за разом, но бесполезно – предыдущая рюмка была последней, так решила вся моя внутренняя система.
Еще не конец… И, есть! Струйка саке слишком уж отчетливо ощущается в сдавленном горле, заставляя пройти в желудке новую волну бунта.
- Сито-кун, теперь ты!
Я даже уже не могу разобрать, кому принадлежит этот голос, да разве это сейчас и важно? Фигуры плывут передо мной, словно на огромной карусели, которая с каждой секундой только быстрее разгоняется. Закрываю глаза, и становится только намного хуже – теперь головокружение достигает невыносимого предела, разрывая затуманенный разум на части. Черт, я никогда в жизни так не нажирался.
- Давай, Чика!
- Чика-кун, не надо, иди отдохни!
Снова эта очкастая предательница, как будто назло подсказывающая мне то же самое, что и мой организм. Черта с два, ха, черта с два! Ты еще познаешь вкус победы Акацки Чики, когда ударишь лицом в грязь, Сито!
Новая рюмка кажется еще тяжелее, но мне кое-как удается поднести ее к лицу, сжав краешек губами. Ох уж этот запах. Такой тяжелый, такой тошнотворный и сладкий…
Последняя капля, к сожалению, действительно, последняя капля – нет даже надобности пить очередную порцию, чтобы ощутить, как вся рисовая водка, насильно очутившаяся внутри за этот длинный вечер, бесцеремонно просится наружу.
Прощай, Акацки Чика – победитель, привет, ветхий сортир!


Я действительно услышал верещащий голосок Юты, возвещающий о победе Сито или мне только показалось? Да и хрен с ним, ему просто везет. Судьба, видимо, благосклонна к ущербным.
Пожалуй, мне стало чуточку лучше после того, как все выпитое, а заодно и съеденное за сегодняшний день исчезло в канализации. Руки, конечно, не перестали дрожать, да и тело крупно колотило, но туман в сознании чуть поослаб, уступая место еще более неприятной действительности.
Радуется, наверное, в очередной раз.
Ноги чертовски устали от сидения на корточках, но совершить какое-то физическое усилие над собой было сейчас невероятно, явно не в моих возможностях.
Нет, чтобы остановить меня. Конечно, он же наверняка знал, что меня разнесет быстрее.
Становится совсем темно – видимо, солнце садится; по коже бегут холодящие мурашки, заставляющие пальцы сильнее впиваться в фарфоровую поверхность моего единственного собеседника на всю ночь.
И какого хрена я вообще думаю о Сито? Наверное, спать уже пошел. Или сидит там с этими бездушными наблюдателями и делает вид, что ничего не произошло, а сам радуется, радуется, радуется…
- Акацки, не отбросил коньки?
Отбросил, уже шесть месяцев, как отбросил.
И только спустя несколько минут приходит тяжелое осознание, позволяющее слететь с губ разочарованному стону.
- Пришел глумиться, козел?
Кажется, что это немного не то, что я хочу сказать, но выходит именно так. Не повернусь, не посмотрю на него – не достойна эта наглая рожа таких адских стараний.
- Мог бы хоть в таком состоянии быть поприветливей.
- Отвали.
Его голос такой же спокойный и холодный, как обычно. Черт побери, обязательно все усугублять?! Мне и без того совсем не шикарно!
- Иди отсюда.
Я даже не могу сказать наверняка, произнес ли я это вслух или слишком отчетливо воспроизвел в голове, да и новая волна дрожи больно стукнула в макушку, заставляя ближе склонить голову к отверстию, отдающему не слишком приятным запахом. Не хочу, чтобы он видел меня таким. Вот только, как назло, едва слышные шаги темноволосого направились отнюдь не прочь, а только приблизились, остановившись где-то совсем близко за спиной.
- Я же сказал – отва…
- Чика-чан, тебе нужна помощь?
Чика-чан? Он совсем рехнулся что ли? С какого этого ляду я теперь Чика-чан?!
Пожалуй, этот гад все-таки вынудил меня повернуться корпусом, чтобы взглянуть на него – не знаю зачем, вероятно, в поисках сквозных ранений в голову, через которые в его мозг и вползла эта идиотическая идея о том, что я Чика-чан. Насколько ему плохо, что он вообще вспомнил мое имя?
- Сито, твою через колено, ты совсем не в себе?!
Звучит, пожалуй, странновато от пьяного в стельку парня, корчащегося над унитазом в полуразрушенной уборной старого общежития. Впрочем пофиг, я хотя бы достаточно адекватен, чтобы Сито у меня не стал «чан».
- Я просто спросил, не нужна ли тебе помощь.
Сквозных ранений в мозг не наблюдалось. На первый взгляд в нем вообще все было совсем, как обычно, только разве что странноватый отблеск глаз наводил на мысль о том, что выпитый алкоголь не прошел бесследно не для одного меня. Помощь? Ведь она действительно мне нужна. Но уж точно не от Сито.
- Я… Да, пожалуй…
Черт, черт, черт! Это ведь совсем не то, что я должен был сказать! Как будто не прерывается эта череда неприятностей. Этот вечер сразу не задался, а во всем вина этого урода…
Высокая фигура делает еще шаг навстречу мне, протягивает вперед тонкую руку, отливающую в сумерках неестественной бледностью. Мою собственную руку, какая дикая ирония.
Я смотрю на Сито с откровенным удивлением, с трудом фокусируя взгляд на его лице, которое так и норовит потерять четкость, сливаясь с темными волосами, растворяясь в опускающейся ночи. Неужели он в кой-то веки сам предлагает помощь? Тот, от которого я едва добился обязательства прикрывать мою спину, да и то по большей части из-за связавшей нас неловкой случайности. Друзья? Может он наконец допустил мысль, что мы друзья? С трудом верится, хотя в версию с внезапно проснувшейся совестью еще меньше.
- Спа... Спасибо.
Я ухватываюсь за протянутую ладонь крепко, с неописуемым трудом поднимаясь на ноги. Сито действительно держит меня, даже, пожалуй, помогает мне – так непривычно для него.
И молчит. Совсем, как всегда.



- Эээм… Сито…
Мы идем по коридору наверняка не дольше минуты, но мне кажется, что уже целую вечность – ноги предательски дрожат в коленях, подгибаются, словно сделанные из ваты, каждый шаг отдается в голове звоном и во рту отвратительным привкусом.
- Что?
Я не могу объяснить наверняка, почему у меня заплетается язык. Мне хочется думать, что виной всему очевидные обстоятельства попойки, но внутри разливается неприятное чувство смущения, заставляющее осознавать свою ошибку.
- Можно я останусь ночевать у тебя?
Он молчит несколько секунд, но воздух так и норовит превратиться в желе, застывая липкой массой – двигаться все тяжелее и уже почти наступает уверенность, что Сито все-таки оставит мой вопрос без ответа.
- Хорошо.
Он точно сильно пьян, раз согласился без пререканий и попыток перегрызть друг другу глотки. Впрочем, это наверняка здорово – я могу дать гарантию, что до собственной комнаты я не дойду с такими темпами. И уж точно Сито не придет в голову героическая идея тащить меня до туда на руках через все общежитие.
- Спасибо.
Я улыбаюсь темноволосому, зная, что он все равно не увидит и не обернется посмотреть, да и черт с ним. Надо почаще спаивать его, что ли, раз уж нет иного пути по пробуждению его товарищеского духа и прочих положительных качеств. Тонкие пальцы ощутимо сжимаются на моей ладони, одним жестом пытаясь передать что-то вроде немой поддержки и почти что заботы.
Я встряхиваю головой, на секунду запнувшись о краешек неровной скрипучей половицы.
- Эй…
Это нормально – что мы всю дорогу держимся за руки? Ладно, без этого мне было бы еще тяжелее идти, Сито понимает и поэтому не отпускает меня. Так гораздо понятнее и спокойнее.
- Мы уже пришли?
Не знаю, зачем спрашиваю. Мне кажется, что если я не буду разговаривать вслух, то окончательно потеряю связь с окружающим миром и с темноволосым проводником в частности. Может, хоть сейчас он будет поразговорчивее?
- Почти.
Глупая надежда. Ну хоть не ругается из-за каждого пустяка, как ненормальный.
- А вот теперь пришли.
Я чувствую легкий рывок вперед, когда Сито подталкивает меня ко входу в комнату настойчиво, но слишком уж как-то легонько, словно галантно пропуская вперед.
С каких это пор он стал таким джентельменом? Алкоголь явно действует на него позитивно.
Взгляд скользит вдоль стареньких стен, полок, уставленных всякой разноплановой дребеденью, к которой владелец комнаты почему-то относится чертовски щепетильно, уцепляется за широкую кровать, в то время как ноги уже сами несут туда бессильное тело.
- Как я устаааал.
Я хотел сказать «напился». Хотел сказать, как мне плохо. Неважно.
Простыни и одеяла охотно принимают непрошенного гостя в свои объятья, отдаваясь невыносимо приятной мягкостью и удобством. Черт, у Сито такая классная кровать. Надо бы утречком стащить у него парочку подушек, а то жирновато будет ему одному.
- Ты чего?
Большого труда стоит приоткрыть один глаз, чтобы смерить взглядом темноволосую фигуру, так и замершую недалеко от порога – зато так голова кружится меньше. Сфокусироваться все так же трудно, но на этот раз не требуется безграничных усилий, чтобы уловить на себе пристальный взгляд.
- Чт… Что?
Мой голос звучит куда менее уверенно, чем хотелось бы, язык так и норовит завязаться сложным бантиком, как на подарочной упаковке.
Да что с ним такое? Он передумал и думает, стоит ли меня бить или просто прогнать? Или он стоя уснул?
Внимательный взгляд не дает покоя, заставляя напряженно глядеть в ответ, взрывая на теле холодные вулканчики, из которых высыпаются мурашки, быстро разбегающиеся по коже.
- Сито, что…
- Тебе удобно будет спать в одежде?
Один из самых неожиданных вопросов, на которые только был способен пьяный Сито.
- Нормально, не парься.
Я взмахиваю рукой, тут же бессильно роняя ее вдоль тела, пытаясь намекнуть, что он и так сделал для меня более, чем достаточно за этот странный вечер. Темноволосая фигура наконец движется с места, приближаясь плавно. Я думаю, что его устроил мой ответ, но почему поблескивающие глаза все еще пытаются прожечь во мне дыру?
Сито опускается на край кровати, присаживается, поворачивается, глядя через плечо. Я не вижу в его взгляде беспокойства или враждебности, но он явно наполнен чем-то другим, завораживающим. Он действительно сегодня какой-то необыкновенный, или алкоголь туманит мое сознание?
Живые, темные глаза изучают, как будто видят меня первый раз.
Может, Сито тоже чувствует эти странные перемены в себе? Или.., во мне?
- Сито, слушай, я… Ты..
Не представляю, как завязать разговор, особенно когда он вот так смотрит. Что я ему хочу сказать? Что никогда не замечал, что он действительно красивый, и девчонки не ошибаются, когда кладут глаз на его внешность? Что он приятно пахнет? Что я чувствую его почти неощутимое тепло, так и не угасшее в мертвом теле? Хотя… Он ведь никогда не был живым…
Черт побери, откуда в моей голове эта фигня?
Я стараюсь перевернуться на бок как можно скорее, угрюмо уставившись в ряды деревянных кукол, расставленных на трех стареньких комодах. Надеюсь, он не научился читать мысли. И румянец, обжигающий щеки изнутри пульсирующими волнами, тоже не видел.
- Ты когда-нибудь видел снег?
Какого хрена я заговорил про снег…
- Конечно, видел.
Голос Сито снова спокойный, он словно обволакивает чем-то горячим и мягким, заставляя легкие гореть. Идиотский вопрос.
- А я всего один раз в жизни.
В жизни? Да, это было тогда, когда я был еще жив. Ничего, осталось совсем чуть-чуть и я снова смогу поехать любоваться снежными горами Хоккайдо с Момокой и моим стариком.
- Он такой чудной, этот снег. Как будто сказочный, не из нашего мира. Я бы хотел прикоснуться к нему еще раз.
Может, мне только показалось, а может Сито и правда рассмеялся негромко от моих слов. Конечно, куда уж ему понять такие вещи, он ведь сколько десятков лет уже мается на земле.
- Мне тогда показалось, что снег живой. Даже немного жаль ранить снежинки, превращая их в воду.
Наверное, я несу чушь, но мне кажется, что я просто обязан говорить и говорить дальше, независимо от того, слушает меня Сито или нет.
- Я очень хочу снова стать живым, Сито. Мне не хватает всех мелочей обычной человеческой жизни.
Ну вот, а сейчас я буду изливать ему душу. Разве не лучшее время для подобных разговоров? Все равно завтра сделаем вид, что ничего не было.
- Все еще изменится. И мы ведь поможем друг другу в этом?
Я поворачиваюсь легонько, встречаюсь с настойчивым взглядом, от которого еще сильнее кружится больная голова. Понимает ли он, о чем я вообще говорю?
- Мне одиноко. Я очень рад, что ты у меня есть.
Ну вот. Осталось только в любви признаться и я почетно совершу весь список дел, которыми обязан попозориться напившийся.
Сито молчит – еще бы, наверняка, проигнорирует подобное высказывание. Он не может быть настолько пьян, чтобы вслед за мной идти по списку идиотических промашек.
- Давай поцелуемся?
Ах да, как я мог забыть. Что ж, я очень сильно ошибся. Его промашка сразу и без подступлений намного глобальнее всех моих, сложенных вместе.
Пленяющие темные глаза не желают отпускать, цепляя взгляд в липкую паутину.
Так было и в прошлый раз – Сито абсолютно все равно, к кому приставать. Может, Шестерке и становится приятно от таких алкоголических ухаживаний, но я явно не отношусь к числу восторженных и безотказных девочек, готовых идти на такое. Ни за что.
- Тебе понравится, Чика.
Так легко произносит мое имя… Мягкие пальцы скользят по моим горящим щекам, касаясь чуть шершавыми подушечками, ладони невыносимо ласково приподнимают мое лицо, бесцеремонно заталкивая глубже в неадекватное безумие сегодняшнего ужасного вечера.
Мысли смешиваются в голове в один сплошной, вращающийся поток, заставляя все тело крупно дрогнуть, нерешительно поддаваясь на чужие, незнакомые движения. Ох ты… Что же происходит… Темноволосый наклоняется гибко, совсем легко, окатывая новой волной пьянящего запаха собственного тела, касаясь глубоким дыханием моих губ.
Как же так… Но я же никогда… Нам, наверное, не стоит…
Невозможно бороться. От жаркого, дразнящее жадного поцелуя все остатки здравомыслия спешат поскорее собрать вещички и сбежать куда подальше, чтобы потом напрочь отрицать свою вину и сваливать все на чудодейственное саке.
Разве… таким я представлял свой первый поцелуй?
Пальцы Сито ощутимо и, пожалуй, даже болезненно впиваются в волосы на макушке, по-хозяйски зарываясь в черно-белые жестковатые пряди. Хей-хей, коней притормозите, это кто тут чья собственность, в конце концов?
Жаль только, собственность как-то не берет это в расчет. Сито нагибается ближе, нависает сверху, бесцеремонно перекидывая через меня колено, словно от этого становится хоть чуточку удобнее. Ха… Ладно… Всего один раз…
Темноволосый прикусывает мои губы, легонько, чувственно, словно пытаясь наполнить каждую секунду всем тем вниманием, которым он основательно обделяет окружающий мир на трезвую голову; он просто чудесен, он умеет, он знает, не то, что я… Куда уж мне… Он же… Не хочу думать.
- Сито…
Его имя совсем невольно вырывается на выдохе, когда он жалостливо позволяет мне ухватить ртом глоток раскаляющегося воздуха; перед глазами не видно совсем ничего, все теряется в этой чертовой темноте, кроме точеного силуэта, возвышающегося над моим телом.
- Чика…
Давай же, давай же, произноси мое имя еще и еще, как можно чаще! Непонятное, будоражащее чувство накрывает волной дикого безумия, заставляя впиваться в тонкие губы, сминать пальцами ткань одежды, напрягаться, теряться, метаться… И сердце почти что биться… Почти, совсем немного….
- Си… Сито… ааах… Сито!
- Чика!




Что может быть замечательнее утра после пьянки? Конечно, утро после пьянки, на которой ты совершил что-то непоправимое. Я до сих пор отчаянно цеплялся за версию, что все это – плод больного, воспаленного воображения, пробудившегося от доброй порции алкоголя, но грозно наблюдающие лица кукол, окруживших меня со всех сторон, упорно говорили об обратном. А главным, так сказать добивающим элементом в осознании свалившегося счастья была невыносимая ноющая боль в том месте, думать о котором хотелось меньше всего.
Ну почему, почему в голове настолько отчетливо сохранились все воспоминания, все прикосновения, движения?...
- Я все это ненавижу!!!
Крик вышел сдавленным всхлипом из горла, добавив к моему невероятному началу дня еще и сорванный голос. Глупо было надеяться, что причиной этому холодная Фанта, выпитая вчера, а никак не идиотская затея орать имя Сито во весь голос ночь напролет.
- Неееееет! Я не верюююю! Я не мог!
Это он во всем был виноват, гребаный пьяный извращенец! Это он предложил целоваться, он все начал! И он первым полез под одежду, настаивая на продолжении!
Тяжелый вздох никак не изменил ситуации, сопровождаемой болезненной попыткой подняться с развороченной постели. Все постельное белье.. Все… Мои руки… Все пахнет им!
Было бы очень кстати и вполне честно по отношению к самому себе разрыдаться от бессилия, вот только надо было думать о том, как выбраться из этого дерьма, заваренного Сито, с минимальными повреждениями. Хотя какие уж тут минимальные повреждения… Все тело ноет, болит, пульсирует от укусов, поцелуев, оставленных следов, неловких поз. Нервы сократились вмиг, заставив меня с отвращением передернуться, но все-таки, с горем пополам, принять сидячее положение. Этого еще не хватало….
Снова тяжкий вздох, полный мольбы вернуть время вспять и избежать такого поворота. Все руки в укусах, вся грудь в синяках…. Что, черт возьми, я должен носить, чтобы никто не заметил?! А может… Нет, это отнюдь не то, с чем стоит обращаться к Юте.
Черт… ДА КАК МНЕ ВООБЩЕ РАБОТАТЬ ДАЛЬШЕ С ЭТИМ НАСИЛЬНИКОМ?!
Ладно, поздно жалеть себя.
Подняться на ноги оказалось проще, чем представлялось, разве что пустыня во рту разгоралась все сильнее, да пульсирующие ощущения внизу усилились до невообразимых пределов, сорвав с губ мерзкий всхлип.
- У него там что, бревно в штанах?
А теперь веселый квест – найди в комнате Сито свою одежду.
Что я же такого ужасного сделал, что мне досталось это….
Изрядно повозиться пришлось, но одежда все-таки нашлась вся, давая шанс скрыться с места преступления в более или менее адекватном виде.
А Сито-то ушел и даже не попытался меня разбудить… Придурок! Он ведь знал, что делает!
Ткань рубашки неприятно потерлась о следы укусов, вынуждая поморщиться, но, благо, рукава были достаточно длинными, чтобы не пришлось пробираться тайком в свою комнату в поисках чего-то более подходящего.
Мой первый… Первый рааааз! Невыносимо!
Солнце светило вовсю, заливая пустые коридоры с обветшавшими стенами и прогнивающим паркетом, поблескивало на комьях паутины, наросших по углам.
Сколько сейчас? Час, два? Как долго я проспал?
Ноги добрели до кухни вяло, совсем неохотно, с одной единственной пылающей надеждой внутри – чтобы на кухне не было Сито, а желательно вообще никого.
- О, вот и второй герой любовник!
-Доброе утро, Чика, голос не сорвал?
- Чика-кун, я не могу поверить!
Ну, этого следовало ожидать. Окончательно из колеи выбил любопытный взгляд Сотэцу, каким-то чудом появившегося здесь за эту отвратительную ночь.
- Зуб даю, Чика, ты был снизу.
Но боги… Откуда они знают?! Не мог же Сито им рассказать…
- Хорошая слышимость, Чика. Вы совсем не подумали о том, что здесь стены, как бумажные.
Юта пояснила мне все спокойно, с привычной доброжелательностью, словно совсем ничего не произошло. – Если ты ищешь Сито, то он в гневе и смятении ушел, наорав на нас.
Кажется, мне следовало бы сделать так же.

- Сито, слушай…
Я нашел его совсем случайно, недалеко от кладбища, где он когда-то оставил маленькую Жизнь. Ну… Или не совсем случайно. Почти.
- Чика?
Он словно растерялся, не ожидая увидеть меня здесь, но тотчас же холодно прищурился, глядя на меня с таким лютым презрением, как будто это я его всю ночь имел.
- Убирайся с глаз моих, Акацки!
- Поверь, мне сейчас не лучше, чем тебе. Только у меня еще очень задница болит, козел.
Сито смотрит на меня настороженно и несколько удивленно, как будто в готовности замахнуться и врезать со всей собачьей дури.
- Я вот принес…
В лучах солнца блестит бутылка, не саке, конечно, кое-чего поспокойнее, стащенного мной из бара. Темноволосый вскидывает брови, словно пытаясь понять двинулся ли я умом или просто неудачно шучу. А я не шучу.
- Можешь меня ударить, если будет легче, но это поможет тебе опохмелиться.
Смешно, но зомби тоже нужно опохмеляться.
И нет, я отнюдь не хочу продолжения ночного приключения. Просто слишком заманчива перспектива снова увидеть Сито доброжелательным и милым.

@темы: anime, fanfiction, manga

Комментарии
2011-07-31 в 18:07 

Ria Yue
"...saigo wa warau sa"
Забавно, спасибо за фик, а то их так мало) Вы герой)
Ну, блин, но напиваться то было зачем?

2011-07-31 в 21:21 

subarashii [DELETED user]
Пожалуйста)
А почему бы и нет?^^

2011-07-31 в 21:55 

Ria Yue
"...saigo wa warau sa"
А почему бы и нет?^^
Ну это просто личное предпочтение) Хотелось бы развития отношений без таких радикальных методов :rotate: Но юмор же)

2011-07-31 в 22:07 

subarashii [DELETED user]
Ria Yue
Я может еще напишу кое-что более серьезное и без радикальных методов))

2011-07-31 в 22:17 

Ria Yue
"...saigo wa warau sa"
Буду ждать) Фики по Зомбям такая редкость, каждый - на вес золота, а писатели - волшебники)

2011-08-10 в 18:19 

Кошак~ [DELETED user]
Я в восторге *-* Такой прекрасный фик! Автор, я Вас обожаю! Правда жаль, что так мало... Хотя тут по любому мало будет Х)

2012-12-11 в 02:20 

Ха-ха-ха, не любительница яоя, но почитала с удовольствием! Оч хороший слог, забавно написано и очень в канон.
Отличная работа ;)

URL
   

[CHAIN RING]

главная